С верой в скорое возрождение Русских и Русской России

По морям, по океанам на "Шаляпине" и "Лермонтове" По морям, по океанам на "Шаляпине" и "Лермонтове".

Новогодний фейерверк Мадейры



30 декабря 1977 года… «Михаил Лермонтов» бодро идет в сторону, как все единодушно утверждают, прямо-таки райской Мадейры – самому крупному из островов одноименного архипелага.

Его открыли более пяти с половиной веков назад… В 1418 году капитаны Жуан Зарко и Триштау Тейшейра привезли португальскому принцу Генриху Мореплавателю известие о необитаемом, сплошь покрытому лесами острове.

Тот, не мешкая, приказал именовать его Мадейра – Лесной и срочно приступить к освоению… На южном берегу нашли удобную бухту. При подходе к ней ветер донес до капитанов запах дикого укропа. Посему и ее, и поселок решили назвать Фуншал – Укроп.

За освоение острова португальцы взялись радикально… Капитан Зарко первым делом дал не подлежащее обсуждению указание поджечь лес. Вскоре густой дым заставил всех покинуть Мадейру и вернуться на родину.

Деревьев оказалось так много, что пожар длился целых семь(!) лет… Когда пламя наконец-то угасло перед глазами предстало сплошное нагромождение обрывистых базальтовых скал, вплотную подходящих к океану.

Выяснилось, что пригодной для обработки земли совсем мало. Точнее, всего-то на всего две десятые площади Мадейры… Зато щедро удобренной пеплом после многолетних пожаров. И посему удивительно плодородной.

…В восемь утра «Лермонтов» пришвартовался у причала нынешней столицы – Фуншала. Тут же на лайнер ввалилась куча местных чиновников… Оказалось, всем, кто желает сойти на берег, нужно заполнить длиннющую и подробнейшую анкету.

Похоже, Мадейра – особо засекреченный островок в Атлантическом океане… Хотя какие вроде бы могут быть секреты на бывшем вулкане длинною 52 и максимальной шириной 22 километра.

Во всяком случае, здесь очень строго… На обороте полученного пропуска желтого цвета написано, что на земле его вместе с паспортом надо по первому требованию немедленно предъявлять любому представителю власти.

В случае отсутствия этих документов тебя в худшем варианте оперативно упекут в кутузку. В лучшем – сдерут увесистую сумму в местной валюте. И с позором вернут на пароход… Да-а-а, какие-то адовы нравы на райском острове!

Мадейра на самом деле поражает наповал цветущим великолепием… Когда-то выжженный дотла остров, постепенно возродился. Снова покрылся зелеными лесами. Украсился красивейшими цветами. Не зря ведь его южный берег величают Новым Эдемом!

…Экскурсионный автобус неторопливо проехал по недлинной набережной Фуншала мимо церкви. Повернул направо. Еле втиснулся в узкую улочку. И, надрывно урча мотором, начал зигзагами карабкаться по склону… Наконец-то городок остался позади.

Неширокое шоссе поднималось все выше. Постоянно облизывало отвесные скалы ущелья длинными крутыми поворотами – тещиным языком, по-нашему… Остров вытянут с востока за запад. В том же направлении громоздится и центральная горная цепь Мадейры.

Ее гордость – Пику-Руйву высотой 1862 метра. Дошагать до нее при желании можно по шестикилометровой тропе, проложенной от соседней вершины Пику-Ариейру (1818 м.)… Но мы-то, сами понимаете, на автобусе.

За окнами причудливый и фантастически красивый вулканический ландшафт… Высокие горы. Глубокие ущелья. Калейдоскоп больших и маленьких водопадов. В отвесных склонах зияют внушительных размеров пещеры.

Эвкалипты, завезенные сюда когда-то из Австралии. Сосновые рощи. Реликтовые лавровые леса. Цветущие всеми цветами радуги кустарники. Ничего не скажешь – действительно райское место… Но только для праздных туристов.

Находчивым и упорным «мадейренсиш», так сами себя называют местные жители, из поколения в поколение приходилось выбивать в каменных склонах площадки для террасного земледелия. Таскать туда на собственном горбу мешки с землей. И за километры вести воду.

Местные заметно отличаются от жителей континентальной части Португалии… В XV веке для черной работы колонисты завезли на Мадейру рабов с Островов Зеленого Мыса. Их руками прокладывали дороги. Строили дома. Возделывали земли.

Африканское влияние наложило отпечаток не только на внешний облик «мадейренсиш», но и на традиции, фольклор островитян… Негритянские черточки заметны в танцах, песнях, музыке. Даже их выговор не всегда понятен португальцам с континента.

…Автобус, прилично выбившись из сил, притормозил на небольшой, выложенной галькой площади в центре какой-то деревеньки. Есть здесь магазинчик для продажи всякой всячины из ивовых прутьев.

Имеется и футбольное поле размером с теннисный корт. Ну может, чуть больше… Как бы там ни было, местные уверяют, что оно стало первым во всей стране. И что именно на нем начался португальский футбол.

В следующей деревеньке внимание привлеки внушительных размеров шалаши из высушенного тростника. Они стоят неподалеку от домов. Оказалось, это своеобразные коровьи… тюрьмы.

Заключенным с рогами регулярно приносят свежую травку. Вдоволь поят водой. Гладят. Говорят ласковые слова. Но никуда не выпускают. Почему?.. На потому что это смертельно опасно для самих коров.

С их природной ловкостью они часто срываются на крутых склонах. И навечно улетают в пропасть… Соблюдая всевозможные способы страховки, однако, парнокопытных все же выводят на божий свет раз в неделю. На несколько часов. Потом снова в тюрьму.

…Автобус с удивительным упорством ползет по шоссе все выше и выше. Дотянул до высоты 1095 метров. С радостью остановился… Выходим на смотровую площадку под названием Эйра до Серрадо. Подходим к ее краю.

Обалдеть можно!.. Смотришь как будто из иллюминатора самолета. Где-то далеко внизу квадратики зеленых полей, микроскопические красные крыши домов. Вся долина окружена почти отвесными горами центрального массива.

Погода на Мадейре традиционно переменчивая… То светит солнце. То моросит дождик. И долина то светлая, праздничная. То по ней стремительно пробегает рваная тень облаков, и она на глазах темнеет, мрачнеет.

…Автобус не без труда сдвинулся с места. И, отчаянно рыча мотором, из последних сил продолжил путь. Довольно долго он тащился по узкому шоссе снова вверх. Наконец-то дотянул до заветной высоты – 1500 метров над уровнем моря.

С чувством выполненного долга счастливо остановился. И вырубил донельзя перегревшийся движок… Мы на обширном плато Паул да Серра в западной части острова. С одной стороны, оно явно не тянет на райские кущи. Прохладно. Унылый пейзаж.

Ничего не растет, кроме травы. Единственная достопримечательность – мадейрские мустанги. Так для солидности называют «мадейренсиш» обыкновенных одичавших лошадей… Но и они куда-то разбежались, не желая позировать осточертевшим туристам.

С другой стороны, без Паул да Серра райская Мадейра попросту перестала бы существовать. И превратилась в сущий ад… Дело вот в чем. Здесь 240 дней в году туман. Частые дожди.

Посему плато превратилось в жизненно важный резервуар, снабжающий буквально весь остров водой… Она течет по левадам – искусственным каналам и акведукам, змеящимся по склонам и сквозь горы. Их приходилось высекать в скалах на длину до пяти километров.

Адова работенка, однозначно… Их начали строить еще в XV веке. А закончили двадцать лет назад в нынешнем столетии. С тех пор тысячи метров очень старых и новых левад опоясывают всю Мадейру.

…Автобус отдохнул. Приободрился. Завелся с пол-оборота. Впервые без душещипательного скрежета мотора тихо покатился вниз. И с энтузиазмом докатился до курортного Порту-Мониш на северо-западном побережье.

Он носит имя одного из легендарных первопроходцев и колонизатор острова. Именно Франсиско Мониш еще в XV веке организовал здесь поселение, выросшее постепенно в городок… Вокруг реликтовые лавровые леса.

Некоторые породы лавра водятся только на Мадейре. Данным фактом, естественно, гордятся все островитяне от мала до велика… А у жителей Порту-Мониш есть еще два объекта собственной гордости.

Во-первых, естественные купальни из застывшей вулканической лавы, защищенные от прибоя скалистыми рифами… Во-вторых, красивейший водопад под названием Веу-да-Нойва («Фата невесты»).

Он низвергается в океан с высоты 212 метров… Вода с необычной силой падает на прибрежные камни. Разбивается на миллиарды сверкающих брызг. И создает у скалы аэрозольную «фату».

…Дальше автобус шустро бежит вдоль северного побережья… Сан-Висенте знаменит лабиринтами вулканических пещер. Внутри прохладно. Самые крупные подсвечены. И в них тихо играет музыка.

Миниатюрный курортный городок Арку-ди-Сан-Жоржи в муниципалитете Сантана… Холмы зеленой аркой огибают местные плодородные земли и создают особый микроклимат. Чего здесь только не выращивают. В том числе и виноград для знаменитой мадеры.

Уютная деревенька Порто-да-Круш («Порт Креста»)… Она получила свое название от креста. Давным-давно он был поставлен на побережье как указатель-ориентир, прежде всего для португальских мореплавателей.

Теперь здесь производят ром… Ему даже посвящен небольшой бесплатный музей. В нем, естественно, за плату можно отведать вышеупомянутый шедевр местных виноделов. И у кого железные нервы и желудок – пончу (адское пойло).

Порто-да-Круш прославился и красным вином, известным как «вино секо». С тех пор, как оно приобрело особую популярность, местные жители стали ежегодно проводить виноградные фестивали.

Деревенька запомнилась еще и вот чем… Сидим мы, значит, в небольшой открытой забегаловке под навесной крышей. С видом высококлассных дегустаторов оцениваем «вино секо». И заодно наблюдаем за тем, что происходит по соседству на площадке.

В ее центре стоят две симпатичные девицы-близняшки с длинными черными волосами и голубыми глазами. Им лет четырнадцать. Они увлечены жаркой беседой… С ними, скорее всего, их младший брат – шустрый пятилетний чумазый пацан.

Он крутит педали в маленькой деревянной машинке. Закладывает круги по площадке. Или движется немыслимыми зигзагами… В качестве апофеоза прибавляет скорость. И пытается врезаться в сестер.

Те успевают его остановить. Одна тут же дает брату жесткий подзатыльник. Вторая – аналогичный пендель по заднице. И обе возмущенно кричат: «Штупидо!»… На итальянском это слово звучало бы как ступидо. На русском по-другому, но смысл-то один – дурак.

Следовательно, размышляю, они меня поймут. Значит, надо провести разъяснительную беседу и прекратить бабий беспредел… Подхожу к сестрам. Обращаюсь к ним на итальянском. Они отвечают, естественно, на родном португальском.

И действительно. Более или менее мы понимали друг друга. Поболтали о том, о сем. И остались довольны беседой… Во всяком случае, когда уезжали, все семейство улыбалось до ушей. И махало ручонками до тех пор, пока наш автобус не скрылся за поворотом.

…Едем дальше. В результате мы снова вернулись на южное побережье острова. Его, о чем мы уже знаем, называют Новым Эдемом. Посмотрим-посмотрим, соответствует ли оно столь высокому званию.

Свежий бодрящий бриз с океана. Пропахший то эвкалиптом, то лавром, то хвоей воздух. Вдоль дороги вечно зеленые леса. Почему вечно?.. Да потому, что на Мадейре не бывает осени. И, соответственно, желтый цвет им категорически не подходит.

Главная историческая достопримечательность в колоритном городке Машику – небольшая церковь Сеньор-дос-Милагреш… Ее воздвигли еще в XV. Следовательно, она одна из старейших на Мадейре.

Сегодня это красивейший курорт с песчаными пляжами, спокойными водами Атлантического океана и уникальным природным ландшафтом… Короче, в наличие некоторые райские признаки.

Точное происхождение названия городка неизвестно. Но на всякий случай местные жители изложат вам трогательно-печальную легенду… Когда-то двум молодым влюбленным англичанам не позволили заключить брак на родине.

Тогда в отчаянии девушка и юноша сели в лодку. И отправились куда глаза глядят… Судьба и ветра принесли их к Мадейре. У самого берега неожиданно налетел лютый шторм. Анна д’Арфет и Роберт Машик, само собой, погибли.

Чуть дальше, неподалеку от городка Санта-Круш, имеется вовсе не похожее на Рай место. Там люди и в современности регулярно массово прощаются с жизнью… С шоссе внизу, прямо у моря, видна взлетно-посадочная полоса.

Это аэропорт Фуншала (отсюда до столицы всего-то 16 километров), или Санта-Катарина… Он начал функционировать относительно недавно, в 1964 году. И сразу же стал известен, как один из самых сложных и опасных в мире.

Короткая взлетно-посадочная полоса позволяет ему принимать максимум средние самолеты. Но и они иногда попадают в печальные истории со смертельным исходом… Да чего там. Будьте любезны, самый свежий факт.

В прошлом месяце нынешнего года борт португальской авиакомпании ухитрился приземлиться лишь с… третьего захода. Да и то неудачно. Он перелетел контрольную точку ВВП на целых триста метров.

Не успел, естественно, вовремя притормозить. Стремительно выскочил за пределы полосы. И врезался в скалу. Из 164 пассажиров погибло 131… Власти Португалии приняли решение в ближайшие годы для безопасности хотя бы удлинить взлетно-посадочную полосу.

На окраине Санта-Круш проехали мимо строения тоже явно не райского формата – старой обшарпанной тюрьмы… Зато в ней в отличие от всех круглогодично забитых по завязку отелей острова свободных мест навалом.

Потому что особо опасных преступников для вынесения строго, но справедливого приговора срочно отвозят в Лиссабон… А мелких жуликов и нарушителей общественного порядка на Мадейре, слава Богу, кот наплакал.

Кроме неприглядной тюряги, в Санта-Круш, понятно, есть, и на что положить глаз. Древнейшая церковь Капелла Мадре Деуш, построенная в 1536 году… Имеется даже один из символов христианства.

Статую Святого Сердца Христова с распростертыми для объятий руками возвели в 1927-м. Задолго, кстати, до ее аналога в Рио-де-Жанейро… Что, само собой, не может не радовать по глубины души как «мадейренсиш», так и жителей Португалии в целом.

Если снова углубиться в давнюю историю, Санта-Круш («Святой Крест») – одно из самых первых поселений на Мадейре… По преданию, когда первые мореплаватели приблизились к берегу, они увидели несколько поваленных деревьев.

Капитан приказал сделать из них крест. И повесить его на самом высоком из сохранившихся деревьев… Позже на том самом месте поставили мраморный. Но он, правда, куда-то сгинул в конце прошлого века.

…Едем дальше. Городок-спутник столицы Канису – древний и очень красивый со старинными дворцами и площадями. Вокруг бесчисленные водопады. Нетронутая природа с девственным пляжем. Пальмы. Субтропические цветы и фрукты.

Ну вроде бы похоже на почти форменный Рай… Хотя внутренний голос подсказывает, что истинный Эдем где-то неподалеку. До него, судя по всему, как у нас поется, еще немного, еще чуть-чуть.

…Наш видавший виды автобус снова истошно зарычал мотором. Начать набирать высоту. И выполз-таки, пожилой трудяга, куда надо… Узкое шоссе идет над самой Атлантикой. Отвесные скалы уходят на сотни метров вниз. Все едут медленно и осторожно.

Перед каждым крутым поворотом водители истошно гудят на всякий случай… Никому, естественно, не хочется столкнуться с кем-нибудь лоб в лоб. Или, что значительно прискорбнее, многотонным камнем рухнуть в океан навечно. Бывало и такое.

Да, опасен и нелегок путь до Эдема. Ну ничего – если останемся живы, как пить дать, дотянем за заветного места… В конце-то концов автобус, слава Богу, остановился. И радушно раскрыл двери перед входом в знаменитый Ботанический сад.

Это однозначно самое популярное и почетное райское место на Мадейре… Сад пристроился террасами на большой по здешним масштабам территории на склоне горы Монте.

Здесь высажено более двух тысяч самых экзотических растений со всего мира. Есть, конечно, и свои… Все они прижились. Превосходно приспособились друг к другу. Живут в полном ладу и гармонии.

Так же как и более трехсот разных птиц. В том числе три местных вида-эндемика: мадейрский тайфунник, мадейрский королек и мадейрский голубь… Они, понятно, пользуются особой любовью у островитян.

Вся эта птичья ватага свободно летает по всей территории. Порхает с ветки на ветку. Распускает многоцветные перья, чтобы предстать перед любопытными туристами во всей красе… Чирикает. Каркает. Свистит. Поет, скорее всего, райские песни.

Одна терраса устлана огромными яркими живыми коврами. Цветы разных видов и немыслимых оттенков высажены в виде геометрических узоров… Словом, Ботанический сад вроде бы на самом деле очень походит на Эдем.

Правда, если Библия не врет, посетителей райского сада в стародавние времена обязательно встречали дивы с потупленными взорами в золотых и жемчужных браслетах. Они были одеты в шикарные одеяния из атласа, парчи, шелка.

Больше того. Разодетые красавицы не просто встречали, но и всех угощали лучшими фруктами, изысканными райскими напитками… Сегодня ничего подобного, к великому сожалению, не наблюдается. Никаких тебе див. Никаких угощений на безвозмездной основе.

Ну да ладно. Зато сегодня мы лихо покуролесили по Мадейре… Пересекли ее с юга на север, одолев центральное нагромождение гор. Доехали до западной окраины… Прокатились во всему северному побережью и примерно по половине южного… Неплохой результат!

…Автобус, поднатужившись, заложил последний крутой поворот. Слева осталась смотровая площадка… С нее открывается замечательная панорама Фуншала. Весь город как на ладони, поставленной на бок.

Завтра поздно вечером сюда придут многие местные жители с шампанским, хлопушками, ракетницами в руках. Они с удовольствием посмотрят, да и самим поучаствуют, в замечательном новогоднем фейерверке…




Фуншал, столица португальского острова Мадейра, примостился на крутых склонах гор. Его белые и желтые домишки с красными черепичными крышами, словно божьи коровки, зацепившиеся за ярко-зеленый ковер буйной растительности.

Вдали, за рваной завесой облаков, высятся заснеженные вершины. Погода постоянно меняется: то сыплет надоедливый дождик, то проглядывает солнышко и становится жарко.

Городок готовится к празднику. На набережной увитые проводами ветвистые деревья щетинятся цветными лампочками. Также украшены и долговязые пальмы – они похожи теперь на доисторических чудовищ, вытянувших шеи из глубины веков, чтобы взглянуть на белый свет.

В центре городской площади установлена новогодняя елка. Вокруг нее бродит белобородый в красной накидке Пай Натал (Папаша Рождество). Он шлепает по лужам и наверняка завидует своему северному коллеге, розовощекому Деду Морозу.

Наверное, не оказались бы от настоящей зимы и угрюмые волы – нелегко тащить по асфальту битком набитые туристами огромные деревянные сани. Как тут не пожелать, чтобы наконец-то выпал на Мадейре скользкий искрящийся снежок.

Туризм превратил в денежные аттракционы некоторые стороны обыденной жизни островитян. К примеру, когда-то жители Фуншала свозили с гор дрова на небольших плетеных санях.
Чтобы полозья лучше скользили, они вымостили булыжником витиеватый километровый склон. Потом дрова заменили туристами – это оказалось куда более доходным делом. И сейчас по тому же маршруту в тех же санях катают людей.

На гору их доставляет автобус. А затем они мчатся вниз. Чтобы спуск не превратился в головокружительный слалом на крутом склоне, каждые сани сопровождают два гида. Они притормаживают движение на особо опасных поворотах.

Работа не из легких, зато постоянная – визитеры на Мадейре круглый год. У них своя сплоченная корпорация. И каждый с гордостью носит соломенное канотье образца еще 900-годов.

Остров, расположенный примерно на одинаковом расстоянии от берегов Африки и Европы, не знает мертвого туристского сезона благодаря поистине райскому климату. Летом океанские ветры приносят прохладу.

Зимой, когда население Северной Африки стучит зубами от холода, на Мадейре тепло. Вот и сейчас, накануне Нового года, ртутный столбик термометра замер на восемнадцати градусах выше нуля.

Набережная, площадь, узкие извилистые улочки Фуншала переполнены туристами. Особенно много желающих пробиться в винные подвалы и магазинчики, чтобы отведать или купить бутылочку-другую знаменитой мадеры. Ведь именно это вино сделало всемирную рекламу некогда безвестному острову.

Пять веков назад завезенная с Крита и Кипра виноградная лоза освоилась на Мадейре лучше, чем на родине и стала давать вино, превосходившее по вкусу оригинал – мальвазию. Местная мальвазия, или мадера, как ее назвали островитяне, подавалась на стол особо знатных и богатых персон.

Престижность вина была ничуть не ниже его цены. К примеру, в Европе, за две бочки мальвазии можно было справить приличный особняк. Солнечный напиток Мадейры приобрел неимоверное количество поклонников по всему свету, особенно в промозглой Англии. Один из шекспировских героев «готов был душу заложить» за глоток этого вина.

Другой, вполне реальный житель туманного Альбиона, некто герцог Кларенс, приговоренный за измену к смертной казни, предпочел уйти в мир иной весьма оригинальным способом. Он попросил, чтобы его… утопили в бочке с мальвазией.

Что ощущал герцог в последние мгновения жизни, остается загадкой. Очевидно другое – подобной преданности не знало ни одно вино в мире. Победоносное шествие мадеры закончилось неожиданно и грустно.

В середине прошлого века виноградники острова были заражены милдью и погибли. Долгие годы шла борьба за их спасение. И хотя виноградники в конце концов удалось восстановить, безвозвратно исчез сорт, дававший легендарную мальвазию.

Легенды, как известно, живут долго. Может быть, поэтому, пробуя современную мадеру, все жмурятся от удовольствия. Ведь сравнить-то не с чем, а былая слава придает больший вкус и аромат. Одним словом, виноделы Мадейры не в обиде на туристов: они пьют их напиток вполне исправно и в любое время года.

Вся жизнь островитян полностью зависит от туристического бизнеса. Вышивальщицы, когда-то работавшие дома, выпускают в мастерских изделия с «типичным мадейрским рисунком». Рыбаки переквалифицировались в шкиперов прогулочных шаланд.

В каменном несуразном здании городского базара бойко идет предпраздничная торговля. Особым успехом пользуются изделия из ивовых прутьев. Сплести их не так-то просто: надо знать всю технологию, иначе ничего путного не получится.

Прутья срезают, когда с них сами опадут редкие листья, распаривают в кипятке и снимают тонкую кожицу. Потом в течение двух дней высушивают на солнце и вымачивают в холодной воде, чтобы они приобрели эластичность. Только тогда умельцы начинают сплетать все эти столы, стулья, замысловатые вазочки, блюда, корзиночки и прочую всячину, предлагаемую для продажи в закрытом помещении базара.

Весь внутренний дворик под открытым небом заставлен вместительными корзинами с овощами и фруктами. На головах невозмутимых продавцов шерстяные шапки с помпончиками.

Торговля идет спокойно и без лишних эмоций: хочешь – покупай, не хочешь – тебе же хуже. В цветочных рядах – сплошная мимоза и ничего больше. Так что окончательно теряешь ориентир: встречать ли Новый год или поздравлять женщина с 8 Марта.

Пора возвращаться в порт. За «Михаилом Лермонтовым» пришвартовались итальянское судно, западногерманский и шведский пассажирские паромы. На рейде маячит наша «Грузия» и еще несколько огромных океанских лайнеров, пришедших на Мадейру со всего света.

Пароходы, как и люди, готовятся к Новому году: прихорашиваются гирляндами разноцветных флажков и лампочек. На открытых палубах зеленеют самые настоящие елки. Долгие месяцы их возили по морям и океанам в холодильных камерах, чтобы сегодня они украсили общий праздник.

Быстро стемнело. Склоны гор теперь кажутся вертикальной черной стеной, усеянной мерцающими светлячками-окнами домиков Фуншала и перерезанной змеящимися линиями освещенных дорог.

Ярко-красным пламенем занялись деревья вдоль набережной. Всеми цветами радуги сияют букеты из иллюминированных пальм, отражаясь в зеркально-гладкой воде. С берега доносятся звуки нежной португальской мелодии.

Ровно в двенадцать ночи сотни ракет, запущенных с верхних улочек Фуншала, с шипением вспыхивают в небе. Они не успевают растаять, как на смену им взмывают другие, чтобы не опустился многоцветный огненный занавес.

С пароходов матросы палят из ракетниц, а пассажиры – из хлопушек и бутылок с шампанским. Искрятся бенгальские огни. Басовито гудят океанские лайнеры. Им подпевают сухогрузы, рыболовецкие суда, буксиры, приветствуя наступивший год.

Минут пятнадцать продолжался этот красочный и многоголосый праздник. Неожиданно разразившийся теплый шумный дождь смыл все краски, заглушил все звуки.

Пароходы снялись с якорей, и ушли в темный океан. Они вернутся сюда через год, чтобы снова взглянуть на незабываемый новогодний фейерверк Мадейры…


                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        Д. МЕЩАНИНОВ
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        Фото автора
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        ФУНШАЛ – МОСКВА
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                        («Неделя», №1, 1980 г.)




31 декабря… На «Лермонтове» Новый год встречали ничуть не хуже, чем на иностранных океанских лайнерах… Даже лучше. Потому что, к примеру, наш экипаж гулял дважды.

Для начала в девять вечера по московскому времени все сгруппировались в каютах. И отметили праздник, как положено в Союзе. А к десяти все дружно переместились в красный уголок.

Это просторное помещение, где запросто уместится весь экипаж. Оно украшено зелеными елками и гирляндами… Девицы-красавицы – в своих лучших нарядах. Ребята-орлы – в парадной форме.

Капитан поздравил свою команду с Новым годом. И выпил со всеми по фужеру шампанского… На сцене его сменила наша замечательная самодеятельность. Под аккомпанемент судового оркестра моряки-морячки лихо спели и сплясали.

Не обошлось, понятно, и без задорных язвительных частушек. В некоторых досталось на орехи отдельным высокопоставленным чинам… Зато 1-му помощнику железно пообещали срочно найти невесту.

Около полуночи по местному времени капитан с высшими офицерами поднялся в музыкальный салон. И поздравил собравшихся в нем пассажиров с наступающим Новым годом.

В двенадцать ночи все, кто находился в тот момент на «Лермонтове», высыпали на открытые палубы… Ну как не взглянуть на долгий многоцветный новогодний фейерверк Мадейры.

1 января 1978 года… Вечером из радиорубки посоветовали в ближайшие несколько минут никуда не выходить из каюты. А ждать у телефона звонка давнего и хорошего знакомого.

Им оказался Ленька Воронцов… Он очень душевно поздравил всех «лермонтовцев» и меня заодно с наступившим Новым годом с находящего относительно недалеко «Пушкина». Они идут в Южную Америку. Точнее, в Венесуэлу.

Потом отправятся в Бразилию на всемирно знаменитый карнавал в Рио-де-Жанейро. Туда же на «Шевченко» подтянется и Гена Кульбицкий… Кстати говоря, для расширения кругозора читателей, думаю, стоит уточнить суть их прозвищ в редакции.

Воронцов у нас значится как Шатун… За регулярное шатание по винно-водочным магазинам в поисках чего-нибудь эдакого. И за явную слабость к женскому полу.

Кульбицкий удостоен аж двух званий... Крокодил Гена, что естественно. И за особую шустрость, мгновенно проявляемую при виде начальства, – Электрический веник.

Вернемся, однако, к нашей телефонной беседе с Леней-Шатуном… В Союз он вернется на «Пушкине» в феврале. Я же, потенциальный кругосветник, на «Лермонтове» – лишь в мае. А пока мы шустро гребем в сторону Англии, где и завершится рождественский круиз…